«Донские ведомости» №288,19 дек.1919/1янв.1920, с.1 *

 

 

 

К вопросу о дружинах

 

Из пестрого переплета настроений, слухов и всяких речей, среди господства перепуганного ропота, поздних жалоб, поздних советов и указаний самые добрые слухи, самые твердые речи идут из прифронтовой полосы. Сейчас она насыщена людьми, покинувшими с болью сердца родные

свои, насиженные гнезда. И люди эти, наши станичники, братья наши, отцы и деды, словом твердым заявляют, что будут бороться с красным врагом до конца и до конца будут стоять за столицу Войска – Новочеркасск.

            Это – не паническое суесловие, которое реет сейчас во многих городских кругах. Н<е> хочется разбираться, кто больше всего сейчас сеет и размножает муть перепуга. Кажется, около этого занятия сосредоточилась ныне поистине «смесь одежд и лиц, племен, наречий, состояний»**, то «всеобщее, равное и тайное» стадо, в котором есть всякого чина по курицыну сыну***. Да будет этим испуганным двуногим Господь судья за этот тяжкий и, конечно, невольный грех…

            Но есть и в этом городском словесном обилии здоровое зерно; из многоголовой массы доносятся голоса, характеризующие разные ее настроения и мысли. К ним следует прислушаться, ибо они продиктованы искренним желанием посильно помочь власти в нынешний трудный момент.

            Из ряда писем без подписи, поступивших в редакцию, мы остановимся на одном, наиболее характерном в смысле трезвости и доброжелательства к власти в нынешних обстоятельствах. Приводим пространные извлечения из него, разделяя резонность и своевременность указаний, в них заключающихся.

            «Момент обязывает каждого помочь стране, где он живет, отбиться от врага, – пишет неизвестный автор письма. – Желание помочь есть у многих, но если не будет организации, желание в дело не производится. Объявлен<но>е приказом 14/XII формирование дружин самообороны – дело очень серьезное и при серьезном отношении способное дать большие результаты. Впечатление двух первых дней обучения не располагает к оптимизму… Добрая половина жителей Черкасска* собирается оставаться в Черкасске и в случае прихода большевиков, сидя на насиженном месте, испытать все превратности судьбы. Худо это или хорошо – судить не берусь, но это факт, с которым необходимо считаться при оценке психологии обывателя, состоящего в дружине.

            Обыватель в душе может сочувствовать, горячо сочувствовать идее организации дружины, но на народе он во всяком случае находит нужным выражать свое недовольство тем, что его «гонят на службу», дабы показать тем, что он идет по принуждению, а не добровольно. Таким образом действий рассчитывают, в случае чего, реабилитировать себя от скорпионов чрезвычайки. На этой почве уже родился саботаж, способный провалить все дело. Саботируют квартальные старосты, делая вид, что они не понимают, что от них требуется. Саботируют офицеры, нагромождающие в одно занятие весь воинский артикул и имеющие вид виноватых людей, как будто они делают какое-то нехорошее дело. Не проверены до сих пор квартальные списки и неизвестен процент явившихся и неявившихся.

            Необходимо проявить на деле твердость – я бы сказал, суровость, – возвещенную в приказе, предать военно-полевому суду не явившихся на сборные пункты как дезертиров, перебрать офицеров, выкинуть из их рядов старых баб, вызывающих чувство уныния в подчиненной им части, изгнать из употребления нелепый извиняющийся тон в обращениях офицеров к взводу (но, конечно, не переходить в другую крайность), вытянуть из рядов офицеров в штатском, по тем или иным причинам предпочитающих оставаться на положении рядовых, и дать им соответствующее назначение. Задуманное хорошо важное дело нужно иметь твердость воли провести на деле. И тогда все будет слава Богу».

            Письмо это было писано после двухдневного опыта с организацией городских дружин обороны. В последующие дни замечено таяние рядов дружин. Люди, искушенные в способах уклонения от исполнения долга, пустили в ход весь свой опыт и свои способности. И выраженная в письмах мысль о твердости проявления на деле всей силы воздействия приказа очень ценна как голос, идущий из среды подлинно гражданской. По отношению к тем, кто подвержен забывчивости о долге перед Родиной в момент самой грозной опасности для нее, о ком великий русский поэт с горечью сказал, что «нужен им лишь хлеб да бич»*, – придется принимать те меры, которые уже давно применяет наш противник, организуя силы для борьбы с нами, – меры беспощадного принудительного воздействия. Нужен бич – да будет бич…

 

–––––––––––––

 



* Это также редакционная статья в жанре «хроники текущих событий», но подписанная: Ф.Крюков.

** Из 5-6 строк в начале поэмы А.С. Пушкина «Братья разбойники» (1821-1822), описывающей жизнь волжской разбойничьей шайки. Чуть дальше там же: 
Меж ними зрится и беглец
С брегов воинственного Дона,
И в черных локонах еврей,
И дикие сыны степей,
Калмык, башкирец безобразный,
И рыжий финн, и с ленью праздной
Везде кочующий цыган!

*** Ср. со словами либерального градоначальника города Глупова: «Только однажды выведенный из терпения продолжительным противодействием своего помощника, он позволил себе сказать: "Я уже имел честь подтверждать тебе, курицыну сыну"... но тут же спохватился и произвел его в следующий чин» («История одного города» М.Е. Салтыкова-Щедрина).

* Обиходное или просторечное название Новочеркасска.

* См. выше примечание к статье «Забытые слова».